суббота, 6 июля 2013 г.

[life.photo] Выступление реконструкторов мрачного, но романтичного средневековья ;)

В рамках празднования Дня Независимости РБ у нас на "Прудах" состоялось выступление реконструкторов, которые сами восстанавливают костюмы и доспехи средневековых времен, а потом устраивают представления с танцами и мордобоемрыцарскими поединками. Мой фоторепортаж с этого мероприятия можно посмотреть под катом.

Кстати, если кто-то знает этих ребят и им нужны фотографии в нормальном размере, пусть они со мной свяжутся, я с удовольствием передам им полноразмерные JPEG-и.

пятница, 5 июля 2013 г.

[prog.thoughts] Нативный Google Office внутри Google Chrome?

Сервис Google Docs (не знаю даже, как его правильно называть: Docs или Apps) долгое время был для меня чем-то далеким и незнакомым, я им вообще не пользовался. Но последние год-полтора иногда эпизодически, иногда довольно активно приходится его применять. В основном текстовый редактор, время от времени электронные таблицы. Очень удобно. В особенности режим совместной работы над документом. В связи с этим меня посетило две мысли. Имел бы я отношение к Google, то попробовал бы их задвинуть куда-нибудь "наверх". Хотя бы просто для того, чтобы не держать их в себе ;)

Первая мысль связана с тем, что для большинства документов, которые приходилось читать и писать мне самому, возможностей текстового процессора из Google Docs, как говорится, "выше крыши". И будь у меня выбор между Google Docs или MS Office, я бы предпочел Google Docs. Но не столько в виде автономного редактора, сколько в виде средства для совместной работы над документами. У MS есть SharePoint и MS Office. Связка эта мне представляется a) монстрообразной и b) дорогой (как для покупки, так и для эксплуатации). Если бы Google выпустил свой Docs в виде автономного продукта, да еще по вменяемой цене, то для многих компаний это было бы намного интереснее, чем покупать, устанавливать и обслуживать SharePoint с кучей MS Office на рабочих компьютерах.

Причем смысл этой идеи в том, чтобы купивший пакет Docs мог хостить его у себя на площадке, а не доверять облачному сервису Google, который находится где-то там. Очевидно, что качество сервиса у Google будет намного выше, чем в какой-нибудь заштатной конторе "Рога и копыта". Но, все-таки, возникает теплое чувство внутри, когда ты ощущаешь себя полноценным хозяином собственных данных. Тем более, если готов за это платить :)

Вторая мысль происходит из предположения, что клиентская часть того же Google Docs написана на JavaScript-е (ну или же оттранслирована в JS из чего-то другого). А почему бы не сделать ее в виде плагинов или даже неотъемлимых внутренних частей самого Chrome? Обычный же пользователь Chrome даже не знает, из чего состоит браузер. Даже далеко не все программисты интересуются этим -- ну лежат там какие-то DLL/SO-шки, ну и пускай себе лежат. Тот же текстовый процессор может быть написан хоть на C++, хоть на Go, включен в состав Chrome или же может подкачиваться Chrome-ом по необходимости. К тому же Chrome умеет обновлять себя до последних актуальных версий, точно так же можно будет обновлять и офисные плагины.

Полагаю, что для Chrome написать такой нативный компонент вполне возможно. Проект и так кросс-платформенный, GUI для различных ОС в нем есть. Логика же текстового процессора или электронных таблиц, если ее писать на С++ нормально, так же получится кросс-платформенной и абстрагированной от ОС или аппаратной архитектуры. Зато скорость работы у такого нативного компонента будет выше, а требования к ресурсам -- ниже.

Почему я делаю упор на ресурсоемкости? Потому, что интересуясь новинками среди ноутбуков, я вижу, что в продажу выпускается большое количество новых моделей, оснащенных далеко не самыми мощными процессорами, и имеющими на борту всего 4, а то и 2 гигабайта памяти. Такое впечатление, что основными трендами сейчас являются снижение цены ноутбука и увеличение времени его автономной работы. И тот и другой тренд, как мне представляется, не предполагает дальнейшего крутого роста вычислительной мощности, как это было еще несколько лет назад. А значит производителям софта массового потребления нужно с этим фактором считаться. И если нативная реализация Google Docs внутри Google Chrome будет нормально работать на 11-дюймовом бюджетном ноутбуке с двухядерным процессором и 4-мя гигабайтами ОС, то зачем на этом ноутбуке еще какой-то MS Office?

Если же сложить две только что изложенные мысли вместе, то Google мог бы стать вендором офисного пакета, состоящего из двух частей -- серверной, устанавливаемой на хорошем железе, и клиентской, работающей внутри Chrome даже на бюджетной технике. Такой пакет мог бы быть привлекательным для мелких и средних компаний. А отдельная клиентская часть, которая работает с облачными сервисами Google, могла бы быть интересной индивидуальным пользователям. И зачем, спрашивается, в таких условиях платить за MS Word, если обычный пользователь не использует порядка 90% его возможностей?

Ну и, кроме того, наличие "Google Office" внутри Google Chrome может добавить привлекательности той же Chrom OS. Поскольку сейчас лично мне не очень понятно, зачем эта OS нужна где-то вне планшетов и смартфонов.

PS. Полагаю, все вышеизложенное кажется диким для наших краев, где процент легально используемого MS Office не отличим от статистической погрешности. Но, если борьбу с пиратством будут проводить достаточно активно, то многим придется задумываться о том, а имеют ли они возможность работать с MS Office?

[life.photo] Кот домашний, прибалдевший

Был замечен в очень жаркий день на балконе первого этажа одного из домов по соседству.

Щелчки затвора старающегося подобраться поближе фотографа заставили его таки открыть глаза:

К сожалению, фотосессия была прекращена появлением на балконе хозяина :)

четверг, 4 июля 2013 г.

[life.photo] Салютное

Вчера, по случаю Дня Независимости РБ, недалеко от нас состоялся салют.

Народищу набилось тьма-тьмущая, но удалось разыскать место "в первых рядах" ;)

Организаторы очень интересно поступили. В центр пруда поместили площадку с парусом и с нее дали первые залпы салюта. Потом подключилась основная батарея, которая была расположена на другом берегу пруда. Да так подключилось, что возгласы удивления и восхищения не смолкали ни справа, ни слева от меня.

Я же смотрел как бы два салюта: один правым глазом через видоискатель фотоаппарата, второй -- левым глазом, мимо аппарата :) И тот и другой очень понравились ;)

В первый раз снимал такое дело. Параметры съемки подобрал "по наитию". Есть чему учиться. В следующий раз нужно будет попробовать взять с собой штатив и снимать на выдержках порядка 10-20 секунд. Но, честно говоря, пока мне результат этой попытки нравится :)

Все получившиеся снимки можно посмотреть в этом альбоме. А ниже слайд-шоу из находящихся там снимков. Приятного просмотра!

среда, 3 июля 2013 г.

[life] Дочитал мемуары Б.Е.Чертока "Ракеты и люди"

Упоминания о мемуарах "Ракеты и люди" Бориса Евсеевича Чертока я нашел в прочитанной до этого книге о Юрии Алексеевиче Мозжорине "Так это было". Сразу же решил прочесть воспоминания Чертока. Но процесс чтения затянулся, дочитал книгу только сейчас. Читается тяжело. Впечатление производит сильное, местами очень сильное.

Читать "Ракеты и люди" не просто. Черток не такой умелый рассказчик, как Мозжорин. Временами "Ракеты и люди" напоминают сухую историческую справку с подробным перечислением дат, событий, персоналий. Живых рассказов о каких-то особенных деталях организации работ или о взаимоотношениях между людьми, повлиявшими на те или иные события, у Чертока меньше, чем у Мозжорина. Поэтому желающим прочесть "Ракеты и люди" рекомендую запастись терпением, временами будет сложно, но это, по-моему, окупается.

В чем, на мой взгляд, книга Чертока оказывает более мощный эффект, чем книга о Мозжорине, так это в описании масштабности, сложности, значимости тех событий и свершений, которые были связаны с созданием в СССР собственного ракетостроения, запуска человека в космос, освоения космического пространства (запуски по Луне, Венере, Марсу).

Очень много Черток рассказывает о неудачах, которые преследовали ракетчиков как при отработке ракет-носителей (например, P-7, P-9, P-16), так и создании космической техники. В СССР была идеологическая установка на сокрытие от общественности информации о наших неудачах в космосе. Тем интереснее было узнать о том, сколько же серьезных неудач и тяжелейших мы потерпели на этом поприще. Тем удивительнее то, что тогдашнее руководство страны не "перекрыло кислород" ракетчикам, давало им возможность учится на своих ошибках, но идти дальше. В наше время такое поведение "высочайшего начальства" представляется вообще чем-то невероятным, особенно если представить, в какие суммы обходились неудачные запуски ракет-носителей или космических аппаратов. В отличии от современных "эффективных менеджеров" тогдашнее руководство умело сочетать сиюминутные выгоды с работой на долгую перспективу.

Не скрою, воспоминания и Чертока, и Мозжорина я читал, в первую очередь, не ради знакомства с историей. Мне, как учащемуся на собственных ошибках руководителю, было очень интересно узнать, как и что делали люди, оказывавшиеся в намного более сложных ситуациях, чем я. Хотелось в их рассказах найти какие-нибудь подсказки, подглядеть какие-то тонкие моменты, которые могли бы помочь и мне.

В этом смысле книга Чертока не так интересна, как книга Мозжорина. Но вот что очень сильно впечатляет, так это рассказы о напряжении, в котором трудовые коллективы в те времена готовили ракеты и космические аппараты. Сплошные авралы, круглосуточная работа по подготовке к старту, измученные специалисты, которые спят урывками, проблемы и недочеты (их называли "бобами"), которые обнаруживаются в самый последний момент... Все это мне близко и знакомо :) Но вот что поразило, что даже работая месяцами в таких условиях люди умудрялись начинать работать еще самоотверженнее, еще напряженнее. И секрет прост: перед ними ставили новую задачу, еще более важную и грандиозную, чем предыдущая. И это для меня урок на будущее: нормально, когда коллектив загружен больше, чем на 100%, когда ты напрягаешься, а потом начинаешь напрягаться еще больше. В этом есть как специфика творческой инженерной деятельности, так и специфика работы в условиях конкуренции. Нужно только, чтобы цели были действительно захватывающими для коллектива. Одно дело впервые в истории запускать аппарат к Луне, совсем другое дело -- увеличивать долю рынка на 5% (возможно, вторая задача ничуть не проще первой, но для творческого коллектива инженеров это вообще не задача).

Как и Мозжорин, Черток рассказывает о непростых взаимоотношениях генеральных и главных конструкторов той эпохи (например, Королева и Глушко, Глушко и Мишина), о решениях по началу или завершению тех или иных работ, о смелости или отсутствии таковой при отстаивании различных точек зрения. И читая такие моменты я жалел, что не прочел "Ракеты и люди" хотя бы год назад. Думаю, что происходившее со мной и вокруг меня в Интервэйле в последнее время я бы воспринимал, если не спокойнее, то уж более философски -- это точно :)

Повторюсь о том, что в "Ракетах и людях" хорошо описана грандиозность достижений СССР в ракетно-космической области. Временами ловишь себя на мысли, что ты просто не можешь себе вообразить реальный масштаб происходившего. Когда в одном НИИ работает только 40000 (сорок тысяч!) человек, а с этим НИИ лишь по одной теме могут работать десятки предприятий по всей стране, и общее количество людей, занятых, например, подготовкой и пуском экспериментальной ракеты может достигать полумиллиона! И это только ученые, инженеры, рабочие и военнослужащие. А ведь у них есть семьи, которым нужно жилье, медицинское и социальное обслуживание... И это только одна отрасль, которую СССР после Войны создавал с нуля. А ведь была еще и атомная промышленность...

Так что, пожалуй, для меня самым важным впечатлением от воспоминаний Чертока стало небольшое приближение к пониманию того, чем же был СССР, каких грандиозных успехов он добился и во что обошлось его поражение в холодной войне. И читая заключительные главы мемуаров временами буквально комок к горлу подкатывает, когда в очередной раз до тебя доходит, какая великая страна была разрушена и разворована. И я не представляю, чего стоило Борису Евсеевичу Чертоку писать эту книгу в 90-х годах, наблюдая за развалом всего, чему он посвятил свою жизнь. Видимо, совсем другой закалки были люди тогда.

вторник, 2 июля 2013 г.

[life.photo] Загородное, пейзажное

В субботу повезло провести день на природе. В основном время ушло на общение со старыми друзьями, соратниками и единомышленниками. Но среди отснятого обнаружились и пейзажные фотографии.


2/50mm, ISO 280, f=11, 1/400

[management] Управленческая мудрость

Высказана В.П.Барминым, зафиксирована Б.Е.Чертоком в мемуарах "Ракеты и люди":

Первейшая задача, когда дело провалено, — это успеть доложить вышестоящему, что необходимые меры по укреплению руководства приняты.

понедельник, 1 июля 2013 г.

[work] Еще иллюстрация на тему "подпольных" проектов. Из воспоминаний Б.Е.Чертока

Тема "подпольных" проектов, которые стихийно возникают, какое-то время разрабатываются тайком от начальства (иногда непосредственного, но чаще от высокого), умирают или перерождаются во что-то серьезное -- эта тема мне очень интересна и близка. Как бы не закончился подпольный проект, он обогащает как самих разработчиков проекта, так и компанию, в которой они работают. Если проект выстреливает при поддержке компании, то он становится проектом компании. Если не выстреливает, то компания все равно выигрывает, т.к. ее сотрудники становятся более квалифицированными, набравшими дополнительный опыт, опробовавшими на себе идеи, которые могут найти свое место чуть позже.

Незадолго до Нового Года, в декабре 2012-го, в Гомель из Москвы приехали новые директора двух департаментов компании Интервэйл. Одной из целей визита была попытка согласовать процесс взаимодействия разработки ПО с коммерческим департаментом и департаментом управления продуктами и проектами. Обсуждение шло не слишком успешно, т.к. нам навязывали такую схему работы, при которой мы не можем ничего сделать без получения разрешения от департамента управления продуктами, и за каждый свой шаг мы должны были перед ним отчитываться. Сама же работа управления разработки и внедрения ПО должна была выглядеть как "выделение и учет голов ресурсов" проджект-менеджерам, которые относились к совсем другому департаменту и преследовали лишь свои интересы.

Поскольку у меня сложилось впечатление, что эти два новых директора не вполне себе представляют, что такое разработка ПО, я попытался объяснить, что подобный жесткий контроль убивает возможности ведения "подпольных" проектов. Из которых даже у нас, в маленьком Интервэйле, вырастали если не новые продукты, то уж инструменты для развития старых проектов точно. А, поскольку весь новый ТОП-менеджмент в один голос утверждал, что вот-вот и Интервэйл из небольшой компании с 200-ми сотрудниками вскоре превратится в большую корпорацию с тысячными коллективами унутри, я решили привести пример важности "подпольных" проектов для очень большой ИТ-шной конторы: IBM. И процитировал слова вице-президента IBM по НИОКР. Но понимания не то, что не нашел, а наткнулся на такое мощное отторжение, что у меня закрались сомнения в адекватности ТОП-мене том, что у меня получится сработаться с этими людьми (кстати говоря, и не получилось).

Читая воспоминая Б.Е.Чертока "Ракеты и люди", я нашел настолько сильный пример важности "подпольного" проекта, что я посчитал нужным вытащить к себе в блог. Но прежде чем дать несколько объемных цитат из мемуаров, сначала обозначу исторический фон, на котором развивались описанные в книге Б.Е.Чертока события.

СССР через 12-ть лет после завершения тяжелейшей Великой Отечественной Войны, в 1957-м году, совершил первый космический прорыв: запустил первый в истории человечества искусственный спутник Земли. Не прошло и 4-х лет, и в апреле 1961 СССР сделал следующий величайший шаг -- первый полет человека в космос. В ожесточенном противостоянии между СССР и США это были сильнейшие удары по престижу США. На которые Штатам нужно было что-то ответить.

Ответом стала объявленная в мае 1961-го года Американская лунная программа. Которая стала общенациональной, потребовала огромных ресурсов и концентрации на одной, главной цели -- высадке человека на Луну. Эта цель была успешно достигнута в июле 1969-го, через восемь (всего восемь!) лет, после ее декларации.

В СССР так же была предпринята попытка осуществления своей лунной программы. Но, в отличии от США, у нас она не была точкой концентрации всех сил и средств. Было множество факторов, обусловивших наш проигрыш в лунной гонке и последующий провал всей программы. Не нужно забывать, что мы были страной, которая еще не оправилась от последствий Войны, которой приходилось восстанавливать большую часть своего хозяйства, а некоторые отрасли промышленности строить с нуля. У нас было серьезное отставание от США по количеству и способам доставки ядерных зарядов и ликвидация этого отставания требовало огромных средств. Наши ракетно-космические программы были очень разнонаправленными, к тому же сопровождались противоречиями между генеральными конструкторами (Королев, Глушко, Челомей, Янгель). Кроме того, по развитию этих программ было нанесено два сильных удара. Сначала снятие с должности Н.С.Хрущева, который активно поддерживал ракетостроение, даже в ущерб другим видам вооружений. Затем смерть С.П.Королева, после которого не нашлось такого же сильного лидера, который мог бы заставить всех генеральных двигаться в одном общем направлении.

Как бы то ни было, к концу 60-х становилось очевидно, что СССР проигрывает лунную гонку и США первыми высадят человека на Луну. По космическому престижу СССР будет нанесен мощнейший удар, лидерство в области изучения космоса перейдет к США. И ни у кого не было четкого представления о том, чем отвечать Штатам и как возвращать потерянное лидерство себе. Черток рассказывает о своей идее к 1975-му высадить на Луну не 2-х человек в спускаемом аппарате, как сделали США, а группу из 4-5 космонавтов, которые могли бы провести на луне целый месяц. Президент Академии Наук Мстислав Келдыш на одном из советов с участием Устинова озвучивал мысль об организации полета человека к Марсу. Но, как подчеркивает Черток, в отсутствии такой сильной личности, как Королев, никто не решался выходить на руководство СССР с предложением выйти из лунной гонки и поставить перед собой какую-то другую, еще более важную и амбициозную цель, нежели высадка человека на Луну. Особенность этой ситуации состояла еще и в том, что были сильные подозрения, что и в США нет своих долгосрочных программ на будущее.

И вот в этих условиях происходит следующее (источник):

...Новому проекту орбитальной станции Челомея было присвоено наименование «Алмаз». В 1968 году в Реутове уже появились макеты орбитального комплекса «Алмаз», а на Филях, на территории некогда родного мне завода № 22, теперь завода им. М.В. Хруничева, а короче ЗИХа, полным ходом шло изготовление корпусов станции.

Формально «Алмаз» разрабатывался по техническому заданию Министерства обороны. Он состоял из орбитальной пилотируемой станции, возвращаемого аппарата (ВА) для спуска с орбиты на Землю экипажа и большегрузного транспортного корабля снабжения (ТКС). По проекту предполагалось, что ОПС «Алмаз» будет более совершенным космическим разведчиком, чем «Зениты» — автоматические беспилотные аппараты-фоторазведчики...
...
Разработка и изготовление всех составляющих сложного комплекса управления «Алмазом», его целевой фототелевизионной и радиотехнической аппаратуры требовали значительно большего цикла, чем предполагал Челомей. В течение 1969 года корпуса станции были изготовлены ЗИХом, а начинять их пока было нечем.
...
В один из августовских дней 1969 года после горячего обсуждения программы полета трех «Союзов» задержавшиеся в моем кабинете Раушенбах, Легостаев и Башкин попросили меня выслушать для размышления их предложение о необходимости создания орбитальной станции в головокружительно короткие сроки, опережающие создание «Алмаза».

Оно заключалось в том, чтобы взять любой бак «семерки», начинить его системами «Союза», пристроить более мощные солнечные батареи, обязательно новый стыковочный узел с внутренним переходом — и станция готова! Надо только уложиться в 18 тонн, [212] чтобы использовать УР-500. Сделать такую станцию можно за один год.

Вначале я пытался сопротивляться:

— Системы терморегулирования и жизнеобеспечения «Союза» для такого бака совершенно не приспособлены.

— Нет проблем! Это мы уже обсудили с Олегом Сургучевым и Ильей Лавровым. Не мы им, а они нам доказали, что за год вполне можно сделать новые системы, используя отработанные насосы, агрегаты и арматуру «Союза». Трубки и кабели — это же не проблемы.

— Это не все, — сопротивлялся я, — корректирующая двигательная установка и система двигателей ориентации тоже потребуются новые. Впрочем...

Я тут же по «кремлевке» позвонил Исаеву.

— Алексей! Сколько потребуется времени, чтобы твою корректирующую двигательную установку с «Союза» пристроить к новому объекту, увеличив в три раза объем емкостей для рабочего тела, и срок пребывания в космосе довести с двух недель до месяцев трех-четырех?

— Ты знаешь, — ответил Исаев, — мы такую задачу уже решили для «Алмаза». Может быть, подойдет и вам, посмотрите.

Вот подсказка! Соединить уже имеющиеся отработанные системы летающего «Союза» с заделом по «Алмазу» — это была идея, которая быстро овладела умами. «Идея превращается в материальную силу, когда она овладевает массами», — писал некогда Карл Маркс.

Сейчас я не способен восстановить в деталях историю самих истоков идеи, которая радикальным образом повлияла на дальнейшую судьбу нашей космонавтики. Более того, теперь можно утверждать, что космические программы XXI века США, России, стран Европы и Японии по созданию международной орбитальной станции берут начало от идей, обсуждавшихся осенью 1969 года в сравнительно небольшой компании. В этой компании захватил инициативу Константин Феоктистов. Образовалась своего рода группа «заговорщиков». Не могу достоверно назвать автора самой крамольной и агрессивной части разрабатываемых предложений. Подобного рода просветления нисходят сразу на группу лиц, подобно тому как великие идеи осеняют одновременно разных изобретателей в разных странах. Кто-то первый заикнулся, а затем все «заговорщики» с восторгом подхватили: зачем вообще связываться с какими-то баками? На Филях лежат уже готовые корпуса орбитальной станции «Алмаз». Надо их использовать, начинив приспособленными для новых великих целей системами «Союза», — это куда проще!

Выходить куда-либо «наверх» с еще сырой идеей опасно. Тем более, что она сразу должна была встретить яростное сопротивление Челомея, у которого вдруг решили отнять готовые корпуса «Алмаза». Возражать должны и военные заказчики «Алмаза». Нельзя рассчитывать на поддержку и своего главного — Мишина. Он будет против, потому что это предложение повредит работе над МКБС. Ни министр Афанасьев, ни его заместитель Тюлин напрямую нас не поддержат: их могут обвинить в срыве постановления по созданию «Алмаза». Значит, надо с этим предложением «перепрыгнуть» через них всех и выходить прямо в ЦК, на человека, который способен понять преимущества нашего предложения. Такой там только Устинов. И ему, Устинову, лично очень нужны новые предложения для представления в Политбюро.

Нам пора было разлетаться для пуска трех «Союзов»: кому — на полигон, кому — в Евпаторию. Феоктистов не откладывая организовал в одной из своих проектных групп проработку предложения и с Бушуевым вылетел на космодром.
...
...наша группа «заговорщиков» собралась в кабинете Бушуева, чтобы разработать план дальнейших действий по привлечению Устинова к нашему «заговору». Осторожный Бушуев предложил дождаться отбытия Мишина в отпуск.

— Нельзя же нам обращаться к секретарю ЦК, не поставив в известность своего главного конструктора.

Все с этим согласились, и каждый обязался, в случае если Устинов нас примет, подготовить выступление, доказывающее реальность и необходимость создания орбитальной станции в немыслимые для всех, кроме нас, сроки.
...
Не берусь по прошествии 30 лет придумывать, каким образом Устинов решил пригласить к себе меня, Охапкина, Бушуева, Феоктистова и Раушенбаха сразу же после отъезда Мишина в Кисловодск. Формально мы не напрашивались и ничего знать не знали. Каждому из нас позвонили из ЦК, и никто не посмел отказаться. Даже беспартийный Феоктистов.

Когда мы прибыли в кабинет на улице Куйбышева, то увидели там уже заранее собравшихся и о чем-то договорившихся Келдыша, Афанасьева, Тюлина, Сербина. Там же были три сотрудника аппарата оборонного отдела ЦК: Строгонов, Красавцев и Попов. Все трое были выходцами из Подлипок. Мы не сомневались в их благорасположении и активном участии в организации этого мероприятия.

Пока мы управлялись с тремя «Союзами», опекавший наше ЦКБЭМ Красавцев получил от бушуевских проектантов информацию о подпольной работе по новой орбитальной станции. Информация была надлежащим образом проверена и доложена Устинову. Ему же было доложено бедственное положение «Алмаза». Независимо от нас в ЦК понимали, что «Алмаз» способен стать орбитальной станцией в лучшем случае через два года. Но даже если это случится, то устраивать шум на весь мир нельзя: «Алмаз» должен оставаться секретным военным космическим объектом. Необходимо же иметь по возможности и несекретную станцию и продемонстрировать всему миру, что мы предлагаем международное сотрудничество в интересах науки и экономики...

После того, как до Устинова была доведена информация о подпольной разработке ДОС-а (долговременной орбитальной станции), этим работам был дан официальный ход. В этом была найдена возможность перехвата лидерства у США. Которая и была воплощена в жизнь в виде орбитальных станций "Салют", затем в виде уникальнейшего орбитального комплекса "Мир", без которых бы не было сегодняшнего МКС. Не имея аналогичных орбитальных станций США в течении десятилетий ничего не могли противопоставить СССР в области длительных космических экспедиций. А советская лунная программа, Н1-Л3, к сожалению, была бесславно закрыта в начале 70-х годов.

Вот так "подпольная" инициатива вылилась в уникальную стратегию СССР по развитию долговременных орбитальных станций. Но работы по ДОС-ам, кроме стратегического, имели еще и важный тактический эффект: неудачные старты наших Н1-Л3 и успех американцев в 1969-м оказывали серьезный деморализующий эффект на наших разработчиков. Поэтому появление новой темы, в которой мы могли "переплюнуть" американцев, вызвала волну энтузиазма, на которой в короткие сроки и был создан первый "Салют".

Ну а видя такие примеры полезного выхлопа от "подпольных" проектов пусть каждый руководитель ИТ-компаний для себя сам решает, поощрять ли их в своей вотчине или же категорически запрещать.

воскресенье, 30 июня 2013 г.

[life.idiotic] Гомофобское

Наткнулся в Тупичке Гоблина на видео: http://www.youtube.com/watch?v=Jzcgy5NkeaE. Посмотрел. Когда увидел защищаемого полицией от гомофобов представителя меньшинств в белом костюме, скандирующего "Позор полиции", вспомнил очень меткий афоризм: "Какой вы, батенька, гей? Вы же пидорас!" То, что разъяренная толпа могла бы сделать с защитниками однополой любви можно увидеть в том же ролике, ближе к 10-й минуте.

PS. Ни в коей мере не оправдываю отмороженных гомофобов, избивающие гомосексуалистов. Но крайне резко против легализации браков между гомосексуалистами. Юридические проблемы, которые есть у гомосексуалистов (право на наследование, к примеру), нужно решать другими способами, а не легализацией гомосексуальных браков.

[life.cinema] Очередной кинообзор (2013/06)

Подошло время очередного кинообзора. Как обычно, вначале идут фильмы, которые понравились мне больше, затем те, которые понравились меньше и, в самом конце, которые не понравились вообще.

Слепой. Качественный французский фильм. Хорошая режисура, отличная игра актеров. Очень жаль, что сюжет уж слишком невероятный. А могло бы все и получится :(

Мама. Добротно сделанный ужастик. В меру страшный. Жаль только финал снимался в явно нарисованных декорациях, это чуть подпортило впечатление от фильма.

Мёбиус. Фильм мне бы очень понравился, если бы я понял, с чего вдруг матерный агент влюбился в главную героиню.

Иллюзия обмана. Красочно, динамично, скучать не приходится. Но в чем-то создатели фильма явно переборщили и общее впечатление этим подпортили.

Тревожный вызов. Первые 60 минут фильма были просто замечательными. Заключительные 30 минут старательно убивали хорошее впечатление от первых 2/3. Впрочем, фильм далеко не самый плохой.

Летучий отряд Скотланд-Ярда. Не смотря на хорошую игру актеров и нормально прописанные диалоги общее впечатление о фильме остается скорее посредственное, чем хорошее.

Эффект колибри. Попытка Джейсона Стетхэма выйти из роли Джейсона Стетхэма. Попытка не удалась. Фильм получился скучным, неинтересным и затянутым.

Полетта. Не понял о чем, собственно, был фильм. И для чего он был снят.

Форсаж 6. Количество трюков настолько выросло, что фильм уже воспринимается просто как цирк. Но все окупает самый-самый финал с обещанием 7-й части :)

Хватай и беги. Неудачная попытка снять фильм в духе Квентина Тарантино.

После нашей эры. Фильм для младшего детского возраста. Даже детям от 10 лет уже будет не интересно.