среда, 3 июля 2013 г.

[life] Дочитал мемуары Б.Е.Чертока "Ракеты и люди"

Упоминания о мемуарах "Ракеты и люди" Бориса Евсеевича Чертока я нашел в прочитанной до этого книге о Юрии Алексеевиче Мозжорине "Так это было". Сразу же решил прочесть воспоминания Чертока. Но процесс чтения затянулся, дочитал книгу только сейчас. Читается тяжело. Впечатление производит сильное, местами очень сильное.

Читать "Ракеты и люди" не просто. Черток не такой умелый рассказчик, как Мозжорин. Временами "Ракеты и люди" напоминают сухую историческую справку с подробным перечислением дат, событий, персоналий. Живых рассказов о каких-то особенных деталях организации работ или о взаимоотношениях между людьми, повлиявшими на те или иные события, у Чертока меньше, чем у Мозжорина. Поэтому желающим прочесть "Ракеты и люди" рекомендую запастись терпением, временами будет сложно, но это, по-моему, окупается.

В чем, на мой взгляд, книга Чертока оказывает более мощный эффект, чем книга о Мозжорине, так это в описании масштабности, сложности, значимости тех событий и свершений, которые были связаны с созданием в СССР собственного ракетостроения, запуска человека в космос, освоения космического пространства (запуски по Луне, Венере, Марсу).

Очень много Черток рассказывает о неудачах, которые преследовали ракетчиков как при отработке ракет-носителей (например, P-7, P-9, P-16), так и создании космической техники. В СССР была идеологическая установка на сокрытие от общественности информации о наших неудачах в космосе. Тем интереснее было узнать о том, сколько же серьезных неудач и тяжелейших мы потерпели на этом поприще. Тем удивительнее то, что тогдашнее руководство страны не "перекрыло кислород" ракетчикам, давало им возможность учится на своих ошибках, но идти дальше. В наше время такое поведение "высочайшего начальства" представляется вообще чем-то невероятным, особенно если представить, в какие суммы обходились неудачные запуски ракет-носителей или космических аппаратов. В отличии от современных "эффективных менеджеров" тогдашнее руководство умело сочетать сиюминутные выгоды с работой на долгую перспективу.

Не скрою, воспоминания и Чертока, и Мозжорина я читал, в первую очередь, не ради знакомства с историей. Мне, как учащемуся на собственных ошибках руководителю, было очень интересно узнать, как и что делали люди, оказывавшиеся в намного более сложных ситуациях, чем я. Хотелось в их рассказах найти какие-нибудь подсказки, подглядеть какие-то тонкие моменты, которые могли бы помочь и мне.

В этом смысле книга Чертока не так интересна, как книга Мозжорина. Но вот что очень сильно впечатляет, так это рассказы о напряжении, в котором трудовые коллективы в те времена готовили ракеты и космические аппараты. Сплошные авралы, круглосуточная работа по подготовке к старту, измученные специалисты, которые спят урывками, проблемы и недочеты (их называли "бобами"), которые обнаруживаются в самый последний момент... Все это мне близко и знакомо :) Но вот что поразило, что даже работая месяцами в таких условиях люди умудрялись начинать работать еще самоотверженнее, еще напряженнее. И секрет прост: перед ними ставили новую задачу, еще более важную и грандиозную, чем предыдущая. И это для меня урок на будущее: нормально, когда коллектив загружен больше, чем на 100%, когда ты напрягаешься, а потом начинаешь напрягаться еще больше. В этом есть как специфика творческой инженерной деятельности, так и специфика работы в условиях конкуренции. Нужно только, чтобы цели были действительно захватывающими для коллектива. Одно дело впервые в истории запускать аппарат к Луне, совсем другое дело -- увеличивать долю рынка на 5% (возможно, вторая задача ничуть не проще первой, но для творческого коллектива инженеров это вообще не задача).

Как и Мозжорин, Черток рассказывает о непростых взаимоотношениях генеральных и главных конструкторов той эпохи (например, Королева и Глушко, Глушко и Мишина), о решениях по началу или завершению тех или иных работ, о смелости или отсутствии таковой при отстаивании различных точек зрения. И читая такие моменты я жалел, что не прочел "Ракеты и люди" хотя бы год назад. Думаю, что происходившее со мной и вокруг меня в Интервэйле в последнее время я бы воспринимал, если не спокойнее, то уж более философски -- это точно :)

Повторюсь о том, что в "Ракетах и людях" хорошо описана грандиозность достижений СССР в ракетно-космической области. Временами ловишь себя на мысли, что ты просто не можешь себе вообразить реальный масштаб происходившего. Когда в одном НИИ работает только 40000 (сорок тысяч!) человек, а с этим НИИ лишь по одной теме могут работать десятки предприятий по всей стране, и общее количество людей, занятых, например, подготовкой и пуском экспериментальной ракеты может достигать полумиллиона! И это только ученые, инженеры, рабочие и военнослужащие. А ведь у них есть семьи, которым нужно жилье, медицинское и социальное обслуживание... И это только одна отрасль, которую СССР после Войны создавал с нуля. А ведь была еще и атомная промышленность...

Так что, пожалуй, для меня самым важным впечатлением от воспоминаний Чертока стало небольшое приближение к пониманию того, чем же был СССР, каких грандиозных успехов он добился и во что обошлось его поражение в холодной войне. И читая заключительные главы мемуаров временами буквально комок к горлу подкатывает, когда в очередной раз до тебя доходит, какая великая страна была разрушена и разворована. И я не представляю, чего стоило Борису Евсеевичу Чертоку писать эту книгу в 90-х годах, наблюдая за развалом всего, чему он посвятил свою жизнь. Видимо, совсем другой закалки были люди тогда.

Отправить комментарий