суббота, 28 февраля 2009 г.

Поток сознания: альтернативный вариант «Хроник Мутантов»

Временами, когда посмотришь какой-нибудь фильм или прочтешь какую-нибудь книгу, начинаешь фантазировать на тему о том, как бы я сам выстроил в ней сюжет. Вот подобными фантазиями я сейчас и помучаю своих читателей :)

Итак, фильм «Хроники Мутантов». Сюжет, вкратце таков. Когда-то давным-давно на Землю из космоса прилетела Машина. Посланная сюда, как нам говорят, самим Дьяволом. Машина превращала убитых людей в мутантов, которые затем ходили, убивали людей, притаскивали трупы к Машине, а та из доставленных тел тут же лепила мутантов. И так должно было продолжаться до тех пор, пока все живое не будет уничтожено.

Но древние люди, только что пережившие ледниковый период, смогли таки объединится, перебить всех мутантов и закрыть вход в бездну с этой машиной здоровенной каменной плитой. При этом люди носили одеяния монахов средних веков и были вооружены мечами, по виду той же исторической эпохи. И веровали в Бога. Очень похоже, что в Христа.

Основное же действие фильма происходит в 2707-м году. Когда во время боя между войсками двух враждующих корпораций взрывом разрушается каменная плита, закрывавшая Машину, и монстры выбираются наружу, начиная свое черное дело.

Даже после прекращения войн между корпорациями и объединения их военных сил против монстров, людям ничего не удается противопоставить мутантам. Властьпридержащие решают провести эвакуацию части населения на другие планеты, а оставшуюся часть бросить на произвол судьбы. И только настоятель древнего-древнего монастыря, в котором тщательно скрывалась все это время тайна Машины, знает, что только уничтожение Машины может спасти человечество. Для чего он собирает отряд смельчаков и направляется в бездну для выполнения своей исторической миссии. А уничтожить Машину можно только специальной бомбой со специальным взрывателем, которые хранились в древнем-древнем монастыре со времен первой битвы с Машиной. Понятно, что практически все герои геройски погибают, но самый главный герой все-таки доводит свою геройскую миссию до успешного конца. Не вынесшая такого позора Машина запускает свои реактивные двигатели и улетает с Земли, видимо, в поисках более безопасной планеты.

Собственно, фильм из разряда тех, в которых сюжет пылится где-то на третьих или даже на четвертых ролях, за видеорядом, актерами, батальными сценами и спецэффектами. Вся серия фильмов про суперменов или бетменов ничем не лучше в этом плане. Но в «Хрониках мутантов» допущены такие сюжетные ляпы, которые не позволяют воспринимать его даже в качестве сказки.

Во-первых, сама Машина. Если ее можно было уничтожить, то почему наши предки, располагая специальной бомбой, не уничтожили ее, а только закрыли каменной плитой? Надо полагать, принцип «После нас хоть потоп!» появился гораздо раньше династии Людовиков. Хотя предки все-таки озаботились оставить после себя книгу хроник с детальным планом подхода к Машине, схемой закладки бомбы и инструкцией по приведению бомбы в действие.

Во-вторых, нам было сказано, что Машина прибыла очень давно, вскоре после ледникового периода. Хотя победили ее уже воинствующие монахи-христиане, вооруженные средневековым оружием. Да еще и оставили после себя книгу хроник.

Ну и, в-третьих, весь антураж в фильме стилизован под времена Первой мировой войны. Особенно в первых минутах фильма, когда показывается окопная жизнь, амуниция, оружие и военная техника. Да и потом, реактивные дирижабли с паровыми котлами и кочегарами, истово закидывающими уголь в топки, никак не способствуют попыткам авторов фильма убедить нас, что действие происходит в 2707-м году. Конечно, стрелковое оружие не развивается такими стремительными темпами, как компьютеры и автомату Калашникова уже больше шестидесяти лет. Но чтобы через семьсот (СЕМЬСОТ!) лет солдатами использовались наши современные противогазы и каски времен 1914-го года - в это поверить совершенно невозможно.

Итак, есть совершенно бредовая сказка о том, как несколько отчаянных простых смертных ценой своей жизни спасают человечество от сверхъестественной угрозы. При этом сам фильм очень старательно выдержан в одном матово-сером стиле, с красными кровавыми пятнами. Можно ли выправить сюжет как-нибудь так, чтобы он не вызывал настолько сильного рвотного рефлекса?

Я бы, раз уж создатели фильма так хотели использовать в фильме антураж Первой мировой, и действия перенес туда же. Представьте себе: 1916-й год, Альпы, бои локального значения между австрийскими и итальянскими войсками в каком-нибудь богом забытом ущелье. Которое местные жители из покон веков считают проклятым местом.

В этом ущелье, под толщей камней покоится древний-древний артефакт. Ну, скажем, необычной формы камень. Прикосновение к которому превращает человека в монстра-мутанта-одержимого-убийцу. А если вокруг творится кровопролитие, то влияние камня многократно усиливается и даже прикасаться к нему не нужно - оказался в нескольких метрах от камешка и это уже не ты, а злобный монстр. И чем больше вокруг него крови, тем больше его радиус поражения.

Поэтому-то наши далекие предки, заплатив за это немалую цену, затащили его сюда, и завалили каменными плитами. Ну, скажем, устроив камнепад в ущелье. И с тех пор лежал он там себе тихонько, не имя возможности никого обратить в мутанта. Но все изменилось, как только Первая мировая докатилась до этого ущелья. После одного из артобстрелов кусочек камня обнажился.

Так, тема возникновения камня в фильме, можно сказать, раскрыта. Теперь нужно ввести сюда пушечное мясо. Т.е. людей, из которых судьбой будут выбраны жертвы, монстры и герои. Ну, например, пусть это будет небольшой австрийский отряд, конвоирующий группу пленных итальянцев. Или наоборот, не суть важно. Им потом все равно придется объединиться.

Итак, ведут одни солдаты других солдат в плен. А поскольку путь долгий, им придется остановиться на ночлег. Как раз недалеко от торчащего из груды камней артефакта. И, естественно, поздней-поздней ночью, отойдя по нужде в кустики (наверное, за камешки, откуда кустикам взяться в каменном ущелье?) один из солдат совершенно случайно дотрагивается до артефакта. О-о-пс! Первый монстр готов. Он раскапывает артефакт полностью, ну чтобы остальных было проще прикладывать, ну и чтобы излучению артефакта ничего не мешало.

Поскольку превращение в монстра и извлечение здоровенного артефакта из-под груды камней поздней ночью это очень шумное занятие, все просыпаются и пытаются понять, что происходит. Пленные (пусть это все-таки будут итальянцы) надеются, что это пришли их освобождать. Не пленные (т.е. австрийцы) боятся, что их сейчас замочат и сами собираются замочить пленных, пока такая возможность еще есть. Тут выясняется, что одного из австрийцев нет. Куда он делся и что с ним не понятно. Зато пленные выглядят уж очень подозрительно. «Не они ли укокошили нашего боевого товарища?» -- думают австрийцы, недобро озираясь вокруг. Самый горячий из них даже собирается порубить всех итальянцев в капусту. Но его останавливает офицеришка, потомственный аристократ, фон Какой-то-Там. Мол, пленные это и не по конвенциям мочить их темной ночью, безоружных, да еще когда вокруг шум падающих камней да непонятное звериное рычание. В общем, огромный злой австриец волком глядит на хлипкого вида офицеришку, офицеришка целит в живот оппоненту, сбившиеся в кучу пленные итальянцы ждут своей участи. И тут...

И тут все стихает. Все озираются по сторонам, не понимая, что происходит. Но, чувствуя, что хорошего ждать уже не приходится. Вдруг они видят того самого пропавшего солдата. И то ли горящие красными огнями глаза, то ли звериный оскал, то ли разодранная в клочья форма, под лохмотьями которой видно ужасное тело монстра-мутанта, но что-то говорит нашим героями, что с ним что-то не так. Затянувшаяся пауза прерывается звериным рыком новоявленного монстра, который затем в несколько прыжков приближается к застывшим в оцепенении солдатам, хватает в охапку одного из итальянцев и уносится с ним в темноту. Пришедший в себя офицеришка начинает палить ему в след. После чего берет с собой троих солдат и пускается в погоню.

Погоня обнаруживает беглеца как раз в тот момент, когда первый монстр сидит недалеко от артефакта и наблюдает за тем, как из пленного итальянца формируется второй монстр, а артефакт сияет ярко-красным светом. Такого сверхъестественного зрелища наши герои выдержать не в состоянии и кто-то из них громко вскрикивает и сразу становится замеченным первым монстром. Монстр бросается к кричавшему, по монстру начинают палить из винтовок. Видно, что монстру больно, но не смертельно. В общем, добирается он до своей второй жертвы и хватает ее. На него набрасывается один солдатик, начинает колоть своим штыком, получает по кумполу и падает с раскроенным надвое черепом (даже каска не спасла). Тут поспевают еще один солдатик (пусть это будет тот самый злой австриец) и офицеришка. Злой австриец не смотря на свои внушительные габариты и недюжинную силу быстренько получает пару тумаков от монстра и с не смертельными травмами, укладывается на камнях наблюдать за дальнейшим ходом битвы со стороны. Зато офицеришка творит чудеса. Как потомственный военный и аристократ он отлично фехтует и своей сабелькой лихо кромсает монстра. Ну, не совсем кромсает, но хотя бы руку отрубает точно. Что на какое-то время лишает монстра возможности наступать и дает возможность оценить нам обстановку. А обстановка следующая: первый монстр, хоть и изрядно покалеченный, уползает к артефакту с захваченным солдатиком (ну тем, кого он схватил первым и не выпускал все это время), второй солдат лежит с раскроенной головой и не подает признаков жизни, злой австриец потихоньку пытается встать, и в сторону этой заварухи смотрит второй монстр, превращения которого уже почти завершилось.

Офицеришка быстренько подхватывает побитого злого австрийца и они шустро возвращаются в свой лагерь. Там они рассказывают свои собратьям по несчастью об увиденном. Им, понятное дело, не особо верят. Но все-таки лица вернувшихся из погони (особенно вид побитого злого австрийца), их забрызганные кровью и мозгами мундиры, а так же раздающийся из темноты звериные вопли заставляют всех понять, что их не разыгрывают. А тут еще офицеришка дает приказ освободить пленных и дать им оружие. Робкие попытки протестовать тут же пресекаются, поскольку сейчас главное выжить, а у нас каждый штык не лишний, ну и тому подобная лабуда.

В общем, не успевают итальянцев развязать и отдать им какие-то винтовки, сабли и пр., как опять все стихает. Становится понятно, что скоро состоится очередная атака монстров. И она не заставляет себя ждать. Два полноценных монстра и один однорукий лихо врываются в расположение теперь уже сводного отряда, начинают шустренько разбрасывать, крушить и кромсать всех, кто попадается им под руку. В этой свалке часть отряда красочно и смачно убивается, часть отряда уволакивается монстрами в темноту, к артефакту, остальная часть орет, палит куда только может, мечется и вообще создает необходимую атмосферу животного ужаса. Одного монстра, тем не менее, совместными усилиями удается замочить (наверное, однорукого, его проще). Что дает нашим героям надежду на спасение.

Ну а дальше, как говорится, возможны варианты.

Например, после отбитой атаки офицеришка поднимает оставшихся в живых, они собирают оставшиеся боеприпасы и идут громить монстров, пока их еще мало. Ну и правильно, а то новые появятся и всем труба будет. Но эта сюжетная линия не очень многообещающая. Поскольку тут будет всего одна финальная схватка, в которой всех перебьют и последний из оставшихся в живых людей должен будет как-то закопать артефакт обратно.

Можно сделать другой сюжетный ход. После отбитой атаки оставшиеся в живых люди решают не добивать монстров, а делать ноги. В принципе, решение, противоречащее здравому смыслу. Ведь понятно, что монстры вернутся, догонят и кокнут всех выживших - убежать не получится. Однако, если все самые смелые бойцы были убиты в ночной атаке (офицеришку вообще могли бы утащить живым, чтобы превратить в монстра), то выжившие могли бы оказаться достаточно малодушны, чтобы жажда жизни пересилила здравый смысл и люди бы разбежались.

В общем, нужно как-то вывести дальнейшие события на бегство с места лагеря и жутких ночных событий. После чего оставшиеся в живых герои должны были бы встретить какого-то местного жителя. Ну, например, заявившись в какую-нибудь горную деревушку или наткнувшись на пастуха. Короче, им нужно было бы где-то встретить почтенного возраста аборигена: эдакого дедушку-патриарха, который помнит древние-древние предания о засыпанном предками источником вселенского зла. Чтобы наши бедные солдатики поняли, что ничего хорошего их не ждет, если только они не вернутся, и не устроят очередной камнепад, чтобы еще раз похоронить артефакт.

Наверное, я бы развернул сюжет так: офицеришка таки ведет своих солдат после ночной атаки на двоих оставшихся в живых монстров. В результате чего рядом с артефактом разворачивается нехилая резня. Поскольку патроны и гранаты у людей быстро заканчиваются (что понятно, т.к. не могли же они таскать с собой по горам целый арсенал), то приходится идти с монстрами в рукопашную, а это уже совсем другой расклад сил. Ну а поскольку кровища в этом мочилове льется рекой, то мощность артефакта многократно усиливается - он начинает действовать на расстоянии и гораздо быстрее. Тут-то ситуация и меняется - офицеришка видит, что его солдатики, опрометчиво приблизившиеся к артефакту, начинают превращатся в монстров. И все, что остается в данной ситации, это спешно ретироваться и сохранить свои жизни, хотя бы временно. Для усиления интереса к дальнейшим событиями, я бы превратил в монстра того злого австрийца, который в начале конфликтовал с офицеришкой. А поскольку сам австриец был громадным, то и монстр из него получится бы соответствующим.

Да, вот так бы можно было все и обставить. Трое-четверо выживших, во главе с офицеришкой спасаются от монстров. Встречают местного мудрого аксакала, который рассказывает им древнюю легенду. Понимают, что артефакт нужно будет все-таки как-то похоронить. Но не пустыми же руками. Поэтому они пытаются выдвинуться к ближайшему укрепленному пункту. По ходу дела они видят, что монстры следуют за ними и тащат с собой артефакт. Ну типа поближе к фронту, где пушечного мяса, т.е. строительного материала для монстров, поболе будет.

В результате наши выжившие герои достигают, скажем, какой-то артиллерийской батареи. Итальянской, конечно. Чтобы офицера и других все еще живых австрийцев тут же посадили под замок, а единственный выживший итальянец безуспешно пытался доказать, что этого нельзя делать, т.к. придут злобные монстры и всех порешат. Понятно, что его не слушали. Может быть, даже посчитали шпионом и посадили туда же. Понятно, что совершенно напрасно. Поскольку монстры не заставили себя ждать: под покровом ночи напали на эту батарею и устроили настоящий ад. Однако, наши герои и тут проявили себя по-геройски. Они сумели выбраться и организовали достойное сопротивление.

К рассвету стало понятно, что на всей батарее не больше десятка живых людей. Множество красочно разбросанных повсюду трупов (как людей, так и монстров), лужи крови, дым, смрад и прочие красоты войны. Половина личного состава пропала. А недалеко, как раз под удачно нависшей над ущельем скалой, расположен артефакт, к которому монстры тащат захваченных людей. Наиболее крепких из захваченных жертв превращают в монстров, остальных съедают. В общем, апокалиптическая картина, по которой становится ясно, что ждет все человечество, если монстров не остановить прямо сейчас.

Поэтому наш бравый офицер (хватит такого супергероя называть «офицеришкой») принимает единственно правильное решение: лупануть из всех имеющихся в наличии пушек по скале. Чтобы она обрушилась и похоронила в конце-концов этот треклятый артефакт. Что, собственно, люди и делают, дождавшись, пока под скалой соберутся все возвращающиеся к артефакту монстры.

Не выдержав нескольких точных попаданий, скала рушиться и артефакт оказывается заваленным огромными камнями. Как и почти все монстры. Почти, но не все. С десяток выживших бросаются в последнюю атаку на батарею. Среди них и самый большой монстр, бывший злой австриец. Половина монстров погибает по дороге под меткими выстрелами осколочными снарядами. Но оставшиеся все-таки врываются на позиции артиллеристов и устраивают финальную бойню. Тут людям хорошо помогают и пулеметы (только вот сколько их может быть на артиллерийской батарее и могут ли они там быть вообще), и ручные гранаты. И, для полноты картины, снайперская винтовка (как же без нее показать, как можно одним метким выстрелом укакошить мутанта, влепив ему пулю прямо в лоб?).

Вполне ожидаемо, в финале сходятся самый здоровенный монстр и самый главный герой, наш суперофицер. Монстр берет своей силой и мощью, офицер - ловкостью и искусностью фехтовальщика. Но монстр все-таки замочил бы офицера, если бы не помощь в самый критический момент двух или трех израненных, но все-таки живых людей. Которые смогли выбраться из-под гор трупов, чтобы в последнюю минуту порубить заглавного супостата на мелкий фарш.

Вот такая вот картина могла бы быть снята в мутной цветовой гамме «Хроник мутантов». А если этот сюжет перенести в наше время, в какой-нибудь локальный военный конфликт в горах, то все может быть еще гораздо красочнее: здесь будут и автоматы, и пулеметы, и гранатометы и прочая современная техника :)

Вот как-то так. Поток сознания иссяк. Спасибо всем, кто дочитал до этого места :)

четверг, 26 февраля 2009 г.

Бывает же!

Портировал сегодня Mxx_ru под MacOS X. Столкнулся с одной странностью. Запускаю полный набор тестов (через rake test) и один из них обламывается. Линкер не находит функцию a() в библиотеке MyA. Начинаю разбираться именно с этим тестом. А в тесте как раз и строится библиотека MyA с единственной функцией a(). Но тест не работает.

Странно, думаю. Смотрю, а в библиотеке одна функция - A(). Да именно с заглавной буквы. Заглядываю в исходный файл - точно, объявляется функция A(), с заглавной буквы:

#include <iostream>
void A() { std::cout << "a()" << std::endl; }

Ну, думаю, какие проблемы? Исправляю, запускаю тест в автономе - все нормально. Потом опять запускаю весь test suite. БАХ! Функция a() опять не найдена. Заглядываю в исходный файл - опаньки, а функция a() опять с заглавной буквы! Что за дела?...

Исправляю опять. Запускаю один тест. Все нормально. Запускаю весь test suite - ошибка и имя функции опять оказывается с заглавной буквы.

Почему это происходит и в чем причина - не знаю. Не было времени, да и желания разбираться. Но такого я раньше никогда не видел. Ведь ни Mxx_ru, ни компилятор даже не открывают исходных файлов на запись. А тут оказывается, что одна буква в одном файле таинственным образом меняется. Чудеса!

PS. Работал на 13" MacBook-е. Впечатления неоднозначные. Убило отсутствие клавиши Del. Зато очень порадовало, что в стандарной версии MacOS X сразу был vim!

понедельник, 23 февраля 2009 г.

Фотопрогулка по февральскому лесу

Этот пост явно не попадает под категорию “размышлизмы” :) Но, поскольку жизнь состоит не только из работы и мыслей о ней, то можно отвлечься на что-нибудь другое.

Disclaimer. Я не фотограф и даже не фотолюбитель. У меня отец был очень увлечен фотографией. И сейчас я пользуюсь тем, что когда-то в детстве запомнил.

Вчера была отличная погода – солнечный день с небольшим морозчиком. И мне удалось оставить семью дома, а самому выбраться в лес с фотоаппаратом (следуюя одной из заповедей фотографа: идя на фотоохоту забудь пригласить друзей). Вот что получилось из этой полуторачасовой прогулки.

Сначала я наткнулся на трех птичек (подозреваю, что это были снегири), сидящих на торчащей из снега тростиночке. Точнее говоря, я заметил их когда одна, испугавшись моего приближения, перелетела на ветку дерева. Пока я доставал фотоаппарат из кармана и пытался подобраться поближе, улетела еще одна птичка. А оставшаяся спрыгнула с тростиночки на снег. Вот она:

From 2009. Февральский лес

Такая маленькая потому, что ближе четырех-пяти метров я к ней не подобрался и делал снимок на максимальном оптическом зуме своей мыльницы.

Но затем и она улетела наверх, на дерево. И я сделал несколько кадров, не особо надеясь на успех, т.к. птички оказались еще дальше от меня, а подобраться к ним ближе у меня не получалось. Каково же было мое удивление, когда придя домой я обнаружил вот этот кадр:

From 2009. Февральский лес

Было приятно, поскольку я и не надеялся, что птички получатся настолько крупными.

Все это происходило всего в двух метрах от поворота дороги, идущей к госпиталю ветеранов войны. Место, надо сказать, оживленное. И только-только я вошел во вкус фотоохоты на этих пернатых, как сначала проехала машина, а затем появились какие-то пешеходы. Что окончательно согнало птичек с дерева и они улетели куда-то в лес.

Затем я побродил немного по лесу и наткнулся на поваленное дерево:

From 2009. Февральский лес

Мне показалось, что один из корней напоминает глаз (в правой верхней части корневой системы), а центральный корень, присыпанный снегом – нос. Т.е. получается что-то вроде морды сказачного страшилища. Поэтому я стал снимать это дело с разных сторон. И только придя домой обнаружил, что этот же “глаз” можно воспринимать как глаз на голове “слона” с хоботом (присыпанный снегом корень справа), а под хоботом белый бивень. Вот так вот. На проде видишь одно, а на снимке – совсем другое.

Эта же конструкция с другого угла:

From 2009. Февральский лес

Здесь так же можно увидеть обе “физиономии”, но у меня сейчас взгляд больше цепляется именно за голову “слона”. Здесь он как будто чуть наклонил голову и поднял хобот вверх.

Потом я наткнулся вот на такой замысловатый узор из следов на снегу:

From 2009. Февральский лес

Интересно, одна это птичка прыгала или их было несколько?

А уже на пути назад наткнулся на очень интересную штуку. Переломанная надвое сосна. И в одном месте лучи заходящего солнца подвечивали рыжую хвою на ее ветках. Получалось такое узкое и яркое рыжее пятно. Очень красивое. Жалко, что мне не удалось запечатлеть его общим планом. Но вот подсвеченная солнцем хвоя крупно:

From 2009. Февральский лес

Причем, что интересно, на самих иголочках нет льда, но на свету некоторые из них сверкали так, как будто на каждой из них висят заледеневшие капельки.

На этом же дереве на нескольких веточках лежал снег и создавалось впечатление, что это маленькие белые фонарики:

From 2009. Февральский лес

Они были довольно высоко над землей, где-то на уровне двух метров. Поэтому я едва видел, как они помещаются в кадр (LCD-дисплей на мыльнице не повортный), да и не было уверенности в том, что сотворит автофокус фотоаппарата. Последний кадр, который получился, на мой взгляд, самым интересным, оказался не резким:

From 2009. Февральский лес

Обидно, но тут уж ничего не поделаешь – снимал практически с вытянутых рук, даже не предполагая, что именно попадет в кадр. А затем поленился увеличить снимки на фотоаппарате для того, чтобы проверить резкость…

Ну и под зановес еще одна фотография. Сделал ее уже вернувшись из леса, недалеко от дома:

From 2009. Февральский лес

Никогда раньше не видел сосулек на деревьях. Ну или не обращал на них внимания. А тут – пожалуйста! Лично я удивился.

PS. Заниматься сьемкой чего-то цифровой мыльницей – это мазохизм. Особенно без оптического видоискателя и без ручного фокуса. Надеюсь, что когда закончится ремонт и обустройство квартиры, а затем и кризис, то смогу себе позволить хорошую цифровую зеркалку.