суббота, 21 июня 2014 г.

[life] Для красного словца... Или пример того, что в действительности все не так, как на самом деле

Читаю сейчас книгу Александра Прохорова "Русская модель управления". Обнаруживаю интересную цитату:
Еще при Петре Первом проводилась баллотировка офицеров, позволявшая выбрать лучших. Если освобождалась должность командира роты или батальона, о том, кто ее займет, шел открытый разговор, и все решалось тайным голосованием. Причем голосованием альтернативным - два-три человека на место, в котором участвовали все офицеры полка...Петровская система была весьма продуманной. Командир полка мог единолично отменить решение офицерского собрания и назначить свою кандидатуру. Но если его ставленник не справлялся с должностью, то в отставку вместе с ним должен был уйти и выдвинувший его комполка. А потому ни один воинский начальник таким правом ни разу за всю историю существования этой системы не воспользовался...Благодаря этой системе в России появились такие военачальники, как Суворов, Кутузов, Ушаков, Барклай де Толли, Багратион и другие.
Интересная история, подумал я. Про систему баллотировки офицеров раньше не слышал. Но что-то дернуло меня проверить первоисточник, на который ссылался Прохоров: Архангельская Н. Оборона безопасности // Эксперт. 2000. №44. С.49.

Эта статья легко отыскивается в Интернете, вот она. Оказывается, что это что-то вроде сборника высказываний различных экспертов по теме реформирования армии. И кусочками процитированный Прохоровым текст вырван из мнения Александра Шаравина. Полная цитата должна была бы выглядеть так:
Еще при Петре Первом проводилась баллотировка офицеров, позволявшая выбрать лучших. Если освобождалась должность командира роты или батальона, о том, кто ее займет, шел открытый разговор, и все решалось тайным голосованием. Причем голосованием альтернативным - два-три человека на место, в котором участвовали все офицеры полка. И это при том, что царь Петр у нас единодушно считается диктатором и самодержцем. Он говорил: может быть, этот человек будет мне не очень удобен, но я буду уверен, что ему доверяют сослуживцы. Благодаря этой системе в России появились такие военачальники, как Суворов, Кутузов, Ушаков, Барклай де Толли, Багратион и другие. Затем действовавший в постпетровскую эпоху военный министр фон Миних ввел принцип аттестации офицеров, из-за которого уже в девятнадцатом веке демократичная система отбора высших офицеров начала постепенно размываться: аттестация дала возможность увести дело в бумажное русло и заблокировать продвижение нежелательного человека. Причем петровская система была весьма продуманной. Командир полка мог единолично отменить решение офицерского собрания и назначить свою кандидатуру. Но если его ставленник не справлялся с должностью, то в отставку вместе с ним должен был уйти и выдвинувший его комполка. А потому ни один воинский начальник таким правом ни разу за всю историю существования этой системы не воспользовался.
Поскольку дело стало принимать оборот "один пересказал то, что сказал кто-то еще", то степень доверия ко всей этой истории резко снизилась. Поиск в Интернете позволил найти несколько важных дополнений.

Например, Каменев А.И., История подготовки офицеров в России 1-2:
   До 1712 года в России не существовало никаких правил [18] производства офицеров в следующие чины: оно проходило по усмотрению высшего начальства.
   Петр, естественно, видел все несовершенство этой системы. Он знал, что таким порядком злоупотребляют. Вот почему первый шаг в отношении упорядочения практики производства в чины связан с введением в штат полевой армии некоторых статей относительно офицерского содержания и чинопроизводства.
   14 апреля 1714 года Петр I издал указ, где царь определял пределы компетенции старших воинских начальников при производстве в чины: право присвоения генеральского и полковничьего звания он закрепил за собой, производить в подполковники и майоры было разрешено фельдмаршалам, производство офицеров в чины вплоть до капитана стало правом полных генералов.
   Новый шаг в этом направлении был сделан I января 1719 года. Продвижение по службе было поставлено в зависимость от наличия вакансий и результатов баллотировки 2-3-х претендентов на продвижение.
   Как это происходило на практике, рассказывается в работе И. Пушкарева{17}.
   Штаб и обер-офицеры полка, в котором открывалось производство в офицеры, собирались вместе, читали имена представленных в следующий чин, рассматривали заслуги, отличия их, познания в науках, и клали в общую кружку избирательные и неизбирательные баллы.
   Число баллов отмечалось председателем в особых списках против каждого баллотируемого кандидата. Списки представлялись государю и он обыкновенно награждал чинами получивших больше баллов.
   Но если государь при баллотировке замечал пристрастие, излишнюю благосклонность или строгость товарищей, то приказывал вновь производить баллотирование, сам [19] являлся в собрание и объяснял свое мнение относительно баллотируемого.
   Новые изменения в чинопроизводстве были внесены 7 марта 1721 года. Согласно указу Петра I баллотирование надлежало отправлять только при переходе из ранга в ранг. В связи с этим были установлены 3 ранга:
   -- 1 ранг -- при производстве из унтер-офицеров в обер-офицеры;
   -- 2 ранг -- при производстве из обер-офицеров в штаб-офицеры;
   -- 3 ранг -- при производстве из штаб-офицеров в генералы.
   Производство из чина в чин в рамках одного ранга стало проводиться при наличии вакансии по принципу старшинства. В то же время, генералы должны были баллотироваться при каждом повышении чина, вплоть до фельдмаршала{18}.
Кроме того, выясняется, что баллотировка в своем исходном виде просуществовала совсем недолго. Более подробно это расписано вот здесь (Волков С.В. Русский офицерский корпус. М.:Воениздат, 1993г):
В первой четверти XVIII в. принцип личной заслуги при повышении в чине находил выражение в том, что замещение вакансий при производстве в первые обер-офицерские и штаб-офицерские чины осуществлялось (по указу от 14.4.1714 г.) путем баллотировки, т. е. путем тайного голосования всех офицеров части (не ниже данного чина) или дивизии (для старших офицеров). Однако указом от 11 июня 1726 г. правительство Екатерины I отменило такой порядок, мотивируя это тем, что при выборах бывает много "страсти", т. е. имелось в виду, что мнения могут быть крайне субъективными и пристрастными.
Вместо этого предписано было повышать офицеров в чинах "по старшинству и достоинству". Через пять лет правительство Анны Иоанновны (5 февраля 1731 г.) восстановило выборность при чинопроизводстве офицеров, причем представления о производстве в полковники и выше следовало направлять лично императрице, минуя Сенат. Поскольку при производстве в обер-офицерские чины (кроме первого) и в штаб-офицерские (кроме майора) учитывалась выслуга в предыдущем чине, то во избежание конфликтов при счете служебного старшинства (оно считалось по каждой отдельной части) 7 декабря 1731 г. переводить офицеров из полка в полк без санкции императрицы было запрещено. Однако в 1736 г., констатировав, что "происходят немалые беспорядки и многие достойные по старшинству обойдены бывают", Анна Иоанновна, оставив баллотировку для первого обер-офицерского и первого штаб-офицерского чинов, повелела "в протчие чины производить по удостоинствам, а не по старшинству, смотря только, чтобы достойные в чины были произведены" 90.
Так что картинка получается не такая уж идиллическая и однозначная, как это преподносит в своей книге г.Прохоров. Конечно, Интернетам доверять не нужно, но более точную информацию могут раскопать историки, к коим я не принадлежу :(

PS. После прочтения 96 из 488 страниц книги "Русская модель управления" у меня сложилось впечатление, что автор вовсю пользуется антисоветскими штампами перестроичных времен. Насколько после этого можно доверять суждениям автора -- большой вопрос. Тем более, что вот такие ляпсусы с доказательной базой доверия не добавляют.
Отправить комментарий