вторник, 23 июля 2013 г.

[management.thoughts] Все под контролем?

Когда я вчера заканчивал писать заметку о комбинациях для кодовых замков и формулировал выводы, то поймал себя на мысли, что руководитель всегда находится в состоянии некоторого самообмана или самовнушения о том, что у него все под контролем. Возможно, когда в подчинении от трех до пяти человек это еще так. Но чем больше становится коллектив, тем быстрее растет количество деталей и подробностей, о которых руководитель не в состоянии узнать просто физически. В итоге, когда начальник кому-нибудь уверенно докладывает, что у него все под контролем, то это в большей степени выдача желаемого за действительное, нежели реальное положение дел.

Полагаю, что чем более творческим и непредсказуемым процессом руководит человек, тем больше он осознает, как же мало он контролирует на самом деле, насколько сильно ему приходится полагаться на своих подчиненных. К таковым процессам, определенно, можно отнести разработку ПО. Думаю, что во многом из-за этого у менеджеров программистов есть стремление к формализации, к внедрению разнообразной отчетности, формальных метрик и пр. вещей, которые создают впечатление "прозрачности" происходящего. Особенно у менеджеров, которые пришли в коллектив "со стороны", поскольку им в короткое время нужно уразуметь "объективную картину мира". Хотя как раз из-за огромного количества деталей и частностей, которые не могут быть оттранслированны наверх, эта прозрачность оказывается в большей степени иллюзорной. Особенно, если "объективность картины мира" базируется лишь на формальных метриках. Поскольку когда подчиненные понимают, что их оценивают лишь по формальным параметрам, они очень быстро приспосабливаются манипулировать этими метриками в своих интересах.

Еще один источник неопределенности -- это самостоятельность сотрудников. Чем больше у них самостоятельности, тем более неожиданные для руководства действия они могут предпринимать. Поэтому еще одно вполне естественное желание руководителей -- это ограничение свободы своих подчиненных. В пределе: никаких самостоятельных решений без предварительного согласования. Однако, неординарность мышления и способность к генерации нестандартных идей, как правило, дополняется инициативностью и самостоятельностью. Поэтому, если мы ждем от подчиненных новых идей, то следует ждать от них и самостоятельных действий, а так же нежелания работать в условиях тотального контроля. И наоборот, склонность действия по указке, на мой взгляд, является следствием отсутствия собственных идей и/или желания нести за них ответственность. Что, опять же, ведет к тому, что чем более творческим процессом приходится руководить, тем больше приходится полагаться на непредсказуемых, инициативных, способных к самостоятельным действиям, не боящихся ответственности подчиненных. В таких условиях утверждение "У меня все под контролем!" становится еще более условным, т.к. в любой момент где-то внизу может произойти все, что угодно ;)

В качестве иллюстрации приведу пример из воспоминаний Б.Е.Чертока:

В условиях крайнего напряжения и постоянного недосыпания испытателей на технической позиции происходили досадные происшествия. Однажды по ошибке испытателей подорвали пиропатроны механизмов сброса отсеков и КТДУ. Другим происшествием было разрушение автоматической лунной станции (АЛС) внешним избыточным давлением барокамеры, потому что забыли дать уравновешивающее давление в гермокорпус АЛСа после испытаний на герметичность.

Тюлин подписывал телеграммы министрам, требуя санкций за низкое качество изделий...

19 февраля случилось уж совсем конфузное происшествие. При пуске венерианского зонда не запустился двигатель третьей ступени блока «И». Расследование показало, что отказ явился результатом негерметичности в керосиновой магистрали, которая проходит через туннель бака жидкого кислорода. Разделительный клапан подтекал, и керосин замерз в туннельной трубе. Третья ступень вообще не сработала, и зонд погиб.

10 марта на полигоне Государственная комиссия слушала доклад Шабарова по этому вопросу и принимала программу межпланетных пусков на ближайшие два месяца. 11 марта последовал вызов Госкомиссии и всех главных конструкторов в Москву для доклада в Кремле на заседании ВПК. «Похоже, что у Хрущева терпение кончилось и он дал команду всыпать нам всем по заслугам», — предположил Тюлин. В Москву мы вылетели большим составом, оставив на полигоне Шабарова и Осташева с задачей не прерывать подготовку всех объектов ни на час.

13 марта 1964 года в 17 часов все прилетевшие, а также остававшиеся в Москве Королев и Келдыш предстали в Кремле перед Комиссией по военно-промышленным вопросам при Совете Министров СССР.

В Овальном зале знаменитого здания архитектора Казакова заседание проводил председатель ВПК Леонид Смирнов. Присутствовали все члены комиссии — министры, председатели государственных комитетов и руководство оборонного отдела ЦК.

Первым докладывал Королев. Он начал с того, что его вызывает для доклада товарищ Брежнев, ночью всем нам надо вылететь обратно на полигон, поэтому он убедительно просит не затягивать обсуждения. Что касается последней аварии, то это досадная оплошность, не распространяющаяся на последующие машины. Виновные в недосмотре уже наказаны, все еще раз проверено, и необходимо только согласие на последующие пуски...

После очень коротких докладов главных конструкторов и заключения Тюлина ВПК без обсуждения мирно постановила:

«Принять к сведению сообщения главных конструкторов — товарищей Королева, Рязанского, Пилюгина, Хрусталева, Морачевского, что при подготовке космических объектов 3МВ и Е-6 приняты необходимые меры по обеспечению высокой надежности всех систем объектов и носителей с учетом рекомендаций экспертных комиссий и опыта предыдущих пусков».
Далее ВПК перешла к обсуждению хода подготовки к пилотируемому пуску «Восхода».

В это время мне передали записку: «Б.Е.! Срочно выйдите в приемную. Ирен». Случилось, очевидно, нечто страшное, ибо дисциплинированная и опытнейшая секретарша в приемной ВПК Ирен не решилась бы без крайней необходимости вызывать меня с такого заседания. Когда я выскользнул из зала, Ирен сказала, чтобы я срочно звонил к себе по «кремлевке» — «там на ВЧ-связи с полигона ждет Шабаров». Тот сообщил, что часа два назад при испытаниях АЛСа Е-6 Пиковский перепутал кабели, устроил на «борту» пожар, вышли из строя батареи и приборы. Аппарат к пуску непригоден, график сорван начисто.
Отправить комментарий